А.А. Нариньяни. «Топонимия тела в метафорической идиоме разговорного тибетского языка»

Скачать файл: narinyani-toponimiya-tela.pdf [416,54 Kb] (cкачиваний: 4)
Посмотреть онлайн файл: narinyani-toponimiya-tela.pdf


Данная работа – попытка проанализировать такое явление, как метафорическая идиома разговорного тибетского языка, использующая бытовую лексику человеческой анатомии для описания абстрактных качеств личности, а также проследить возможные параллели с идиоматикой некоторых индоевропейских языков. В качестве иллюстрации вниманию заинтересованного читателя (в особенности изучающего разговорный тибетский язык) в Приложении предлагается уникальная в своем роде подборка идиом, почерпнутых автором из опыта многолетнего общения с живыми носителями языка и из некоторых современных печатных источников. 

1. Введение

При подборе исходного тибетского материала автор старался ограничить свой выбор неглагольными идиомами, в идеале удовлетворяющими формату: <модификатор (прилагательное) + орган/часть тела (существительное)>.

При этом описываемые черты характера, интеллектуальные способности, темперамент, речевые характеристики, сноровка и прочие навыки являются скорее статичными, нежели динамичными параметрами индивида, и в идеале имманентно присущи личности.

В русском языке примерами подобных метафорических идиом могут служить следующие выражения: семи пядей во лбу, дырявая голова, луженая глотка, ветер в голове, золотые руки, чистые руки, верный глаз, дурной глаз, язык без костей и т. п.

Интересно отметить, что в практике современного разговорного русского языка метафорические идиомы подобной конструкции встречаются относительно редко. Верно это и для английского и французского языков, тогда как в тибетском языке (и в разговорном, и в классическом письменном) подавляющее большинство метафор, описывающих характеристики личности, существуют именно в таком формате. Поэтому оригинальные тибетские идиомы не представляется возможным сопроводить русскими эквивалентами аналогичного формата (прилагательное + орган/часть тела).

Приведенные здесь идиомы – лишь наиболее часто встречающиеся. Они широко используются в живой современной речи и легкоузнаваемы большинством говорящих на центральнотибетском диалекте (верификация «среднестатистическим» носителем языка также являлась одним из критериев включения идиомы в таблицу). Большое число подобных фразеологизмов содержат и местные наречия, и диалекты, а также классические письменные источники: словари/словники (тиб. Tshig mDzod – досл. сокровищница/кладезь слов), «Жития» йогинов (тиб. rNam Thar – досл. [описание] полного освобождения), иная религиозная литература, эпос.

2. Современный тибетский

Нефлективный слоговой тибетский до 1959 г. развивался в условиях практически полной изоляции. Благодаря столь уникальному стечению исторических обстоятельств до настоящего времени ему удалось сохранить в своей разговорной форме большое количество архаизмов, поныне функционирующую автономную систему почтительной речи (с уникальными глагольными оборотами, наименованиями предметов, частей тела и пр.), четкое деление на разговорный и классический письменный языки (последний до сих пор в большей части функционирует по правилам, установленным в VIII в. н. э.). 

Пожалуй, именно благодаря этому тибетский язык, как никакой другой, богат лингвистическим материалом, который либо был полностью утрачен другими языками, либо отошел в них на второй план, в лексику эпоса или классической литературы в процессе транскультурного нивелирования, под влиянием заимствований, а также упрощений и унификаций, продиктованных социальными революциями (инициированная коммунистическим режимом редукция иероглифической системы в континентальном Китае и попытки унификации вариативных падежных частиц в литературном тибетском), а также вторжением научно-технической, в основе своей латино-английской, терминологии. 

Приходится, однако, констатировать тот печальный факт, что нынешнее поколение тибетцев по обе стороны Гималайского хребта спешно «наверстывает упущенное», «обогащая» родной язык хинди/непали в изгнании и китайским (mandarin) в оккупированном Тибете, а также английским – вне зависимости от места проживания. 

Попытки ввести в употребление такие композитные термины с тибетскими корнями, как Glog Klad (электрический мозг) – компьютер, Rlangs 'Khor (паровой агрегат) – автомобиль, Me ‘Khor (огненный агрегат) – поезд, gZugs mThong Rlung 'Thrin (послание изображения видимой формы) – телевидение, и т. п. терпят явную неудачу. Вытеснение их происходит повсеместно: в говорящей на «hinglish» постколониальной Индии имитациями английских терминов – Кампутар (computer), Мотра (motor car), Рийли (railway), Тиви (TV), а в Тибетском автономном районе КНР – причудливой смесью оных с их китайскими аналогами. Также на откуп местным языкам и английскому отдано подавляющее большинство наименований продуктов питания, целого ряда предметов быта и весь молодежный «поп-вокабулярий». 

Тибетцы, бежавшие от китайской оккупации в 1959 г. во главе с Его Святейшеством Далай-ламой XIV (около ста тысяч человек) и осевшие в Индии, Непале, Бутане и на Западе, обзавелись за сорок лет жизни в изгнании собственным социально-территориальным диалектом, т. н. gZhis Chags (поселение), с присущими лишь ему нюансами произношения, идиоматикой, обилием англицизмов и хинди-измов. Так, во время поездок в Тибет, невзирая на все мои усилия скрыть факт длительного проживания в поселениях, подконтрольных правительству в изгнании (в оккупированном Тибете – обстоятельство, говорящее не в вашу пользу), большинство собеседников безошибочно признавали во мне человека, выучившего тибетский в Северной Индии…

Относительно высокий уровень чистоты разговорного языка удается сохранить в расположенных на юге Индии монастырях-университетах (в крупнейшем из них Сэра́ проживают и проходят обучение до пяти тысяч монахов-студентов) во многом благодаря их довольно замкнутой социокультурной среде, поголовной грамотности и уровню образованности, на порядок превышающему существующий среди мирян. Также немалую роль в этом играет и тот факт, что большинство из них т. н. gSar ‘Byor (новопришлые) – «тибетские тибетцы» в первом поколении, родившиеся в Тибетском автономном районе КНР, нелегально пересекшие Гималайский хребет и осевшие в поселениях континентальной Индии.

3. Структура материала

Но вернемся к нашим якам… 

Говоря о таком явлении, как использование органов и частей тела при метафорическом описании качеств личности, необходимо упомянуть, что наряду с рассматриваемыми здесь неглагольными идиомами формата <модификатор (прилагательное) + орган/часть тела (существительное)>, описывающими более статичные качества, такие как базовые черты характера, интеллектуальные способности, темперамент, речь, сноровку и пр., использование терминов бытовой анатомии широко распространено и в метафорах т. н. симптоматической лексики, отражающих скорее динамические параметры – эмоциональные переживания, ментальные и физиологические процессы, поведенческие модели – и пользующихся для обозначения этих абстрактных внутренних состояний телесной симптоматикой. 

Среди них можно выделить ряд подгрупп:

1. Описание (пусть порой и гротескное) реально происходящих физиологических реакций на те или иные эмоции. Они могут: 
а) отражаться внешне: мурашки по коже, волосы дыбом, глаза на лоб, отвисшая челюсть, рот до ушей
б) быть недоступными для внешнего наблюдателя, но при этом соответствовать реальным физиологическим процессам: сердце зашлось, комок подкатил к горлу и т. п. или же 
в) вовсе не отражать физиологических реакций и истолковываться лишь в переносном смысле: сердце ушло в пятки, кровь стынет в жилах.
2. Внешнее проявление интенсивных мыслительных процессов: морщить лоб (напряженное размышление, сомнение).
3. Физиологические состояния организма: ноги подкашиваются,свинцовая голова, язык заплетается, зуб на зуб не попадает и т. п.
Помимо вышеуказанных конструкций анатомические термины и наименования некоторых «субстанций» человеческого организма можно часто встретить как в литературных, так и в жаргонных метафорических идиомах глагольного типа, описывающих различные модели поведения: раздувать щеки, задирать нос, держать нос по ветру, руки опустились, моча в голову ударила, мотать кишки на барабан,шевелить извилинами, делать пальцы веером (о действующем нахрапом, рисуясь, нагло и напористо), раскатать губу (строить нереалистичные планы, иметь такие ожидания, желания).

4. Органы/части тела

Остановимся подробнее на некоторых наиболее часто образующих метафорические ряды органах/частях тела и попытаемся выяснить, какие именно качества индивида они отражают. Определившись с их смысловыми функциями в разговорном тибетском, порой удается проследить и прямую семантическую (столь милую сердцу синхронного переводчика) корреляцию с другими национально-языковыми контекстами: тибетский (сино-тибетская языковая группа) vs. русский/английский/французский (индоевропейская группа):

Голова/череп/лоб
  • Интеллектуальные способности: тиб. mGo Chen Po (большая голова) – весьма образованный, сведущий, эрудированный, умный; также может использоваться и в ироничном смысле, напр. в идиоме mGo Chen Klad Pa'i rGya mTsho (Большеголовый Океан Мозгов), где для большей комичности намеренно выдержан формат собственного имени мужского рода, в значении «глупец с амбициями», ср. англ. big head (большая голова) – тщеславный, самодовольный и практически идентичное фр. la grosse tête (большая голова) – много о себе мнящий, русск. семи пядей во лбу, светлая голова, головастый, тупоголовый, а также англ. heady в значении 1. «Смышленый», «проницательный» и 2. «Безрассудный», «опрометчивый».
  • Рассудительность – безрассудство/инфантильность: mGo Sla Po (слабая голова) – легковерный, доверчивый, разиня, «лох», ср. без царя в голове, а также сломя голову, сорвиголова, ветер в голове, англ. headlong – очертя голову, «heady» в знач. 2.
  • Упорство/упрямство – сговорчивость: тиб. mGo Na Po (боль в голове) – несговорчивый, сложный, хлопотный, проблемный (также о задаче, работе), ср. англ. headache (головная боль)о человеке/проблеме, причиняющем постоянное неудобство, тиб. Ka Li mThug Po (толстый череп), mGo mKhregs Po (твердая голова) – упрямый, упертый, ср. твердолобый. 
Глаза
  • Зрение (зоркость, хороший глазомер): тиб. Mig rNo Po (острые глаза) – зоркий, остроглазый, все примечающий, ср. очи соколиные, верный глаз, свой глаз-алмаз. 
  • Зависть, жадность: тиб. Mig Phra Po (узкие глаза) завистливый, ревнивый, ср. глаза завидущие, положить глаз, фр. les yeux plus gros que le ventre (глаза больше живота) – жадный, ненасытный, а также в качестве индикатора вины или сомнительных намерений: бегающие глаза, прятать глаза, англ. shifty eyes (ловкие, хитрые глаза) – не внушающий доверия, жуликоватый.
Рот/язык/губы
Вербальная сфера: красноречие, велеречивость, болтливость, сквернословие: тиб. Kha mKhas Po (искусные уста)красноречивый, хороший оратор, ср. фр. la langue bien pendue – хорошо подвешенный язык; тиб. Kha lJid Po (тяжелые уста) – молчун, себе на уме, скрытный, сдержанный, замкнутый, необщительный, неразговорчивый; осторожный в словах, поведении, ср. рот на замке, рта не раскроет; тиб. Kha Dam Po (плотно сомкнутые, тугие уста) – способный хранить тайну, чужие секреты, не болтливый, ср. умеет держать язык за зубами, тиб. Kha Dzor Po (грязные уста) – любящий сквернословить, скабрезничать, допускающий в речи непристойности (преимущ. сексуальные), ср. англ. dirty mouth (грязный рот) – сквернослов; тиб. Kha ‘Bel Po (изобильные уста) – болтливый, неспособный держать язык за зубами, хранить секреты, ср. язык без костей, длинный язык, англ. loose lips (отвислые губы) – болтун, неспособный хранить тайну, англ. big mouth (большеротый) – хвастун, показушник. 

Нос
Бурный темперамент: тиб. sNa Khug Thung (короткий нос) – вспыльчивый, раздражительный, тогда как в европейских языках чаще обозначает любопытство: везде совать свой нос, англ. nosey (носатый) – не в меру любопытный, а также конформизм, следование тенденциям: держать нос по ветру, англ. brown nose (коричневый нос) – подхалим, подлиза, соглашатель; рвение: рыть носом; чутье: фр. le nez fin (тонкий нос) – хорошая интуиция и т. п.

Уши
  • Настороженность: тиб. Am Chog Sangs Po (ясные, бодрствующие уши) – слышащий все вокруг, ср. держать ушки на макушке, навострить уши, а также страсть к подслушиванию: англ. radar-ears – все слышащие «уши-радары», фр. l'oreille baladeuse (блуждающие уши) – все за всеми слушающий.
  • Шумность: Am Chog Tsha Po (горячие, раскаленные уши) – шумный, громкий человек (также и о месте, процессе и т. п.). Интересно отметить, что здесь определение «горячие уши» дается шумящему, тогда как сами «горячие» уши – орган, страдающий от чрезмерной зашумленности – расположены на головах окружающих. Однако если «жжение» случается в глазах (см. Приложение) – речь уже идет о субъекте переживания.
Лицо
(Без)застенчивость, (не)соответствие мимики внутренним процессам или поступкам, достойным осуждения: тиб. gDong rTsal Chen Po (искусное, опытное лицо) – беззастенчивый, бесцеремонный, ср. делающий хорошую мину в плохой игре, каменное лицо, или англ. to lose one’s face (терять лицо) – утратить достоинство.

Шея
Грубые манеры, «неотесанность»: тиб. mJing Pa sBom Po (толстая шея) – грубиян, нахал, деревенщина, ср. англ. redneck (красная шея) – быдло, хам (изначально белый поденщик на ферме, батрак).

Плечи
Соответствие / гармония / адекватность – тиб. dPung Pa mThun Po (согласные плечи) – пребывать в гармонии, действовать заодно/сообща, соответствовать, подходить друг другу (как в силу схожести характеров, так и кармически, быть «созданными друг для друга», быть вместе «волею судьбы», «велением свыше» и т. д.), ср. плечом к плечу, а также (не) по плечу. 

Руки
  • Мастерство/сноровка – неумелость: тиб. Lag Pa bDe Po (хорошие руки) – одаренный, искусный, мастер на все руки, ср. золотые руки, руки не из того места растут, англ. handyумелый, фр. avoir des mains en or (иметь золотые руки).
  • Вороватость – щедрость: тиб. Lag Pa Ring Po (длинные руки) – клептоман; берущий и трогающий чужое не спросясь; тиб. Lag Pa gShogs Po (щедрые руки) – щедрый, великодушный.
Сердце
  • Храбрость/кураж – трусость: sNying Chung (маленькое сердце) – застенчивый, робкий, малодушный, трусоватый, ср. заячье сердце, англ. faint heart (слабое сердце) – трус; sNying Chen Po (большое сердце) – отважный, бесстрашный, ср. львиное сердце, англ. lion-heart (львиное сердце) – неустрашимый.
  • Доброта/сострадательность – бесчувственность/жестокость: сама этимология термина «сострадание» (тиб. sNying rJe – сердце + господь), являющегося базовым элементом всех духовных практик буддизма Махаяны, а стало быть, основополагающей добродетелью, восходит к лексеме «сердце»; ср. золотое сердце, большое сердце, фр. un coeur de glace (ледяное сердце) – бесчувственный, бессердечный. 
Кишки
Бесстрашие/решимость – трусость/(не)способность принять вызов, выполнить поставленную задачу: тиб. rGyu Ma Ring Po (длинные кишки) – ленивый, вялый; ср. кишка-тонка, англ. have (no) guts (без кишок) – неспособный на что-то, слабак.

Брюшная полость, живот, чрево
Описывая базовые черты характера, внутреннее содержание личности, по семантической роли в метафорах ближе всего соответствует русскому «нутро». По широте спектра значений не уступает лексеме «ум»: Khog Pa lJid Po (тяжелое нутро)злопамятный, мстительный; Grod Khog Chen Po (большой желудок)жадный, алчный, (также прожорливый).

Печень
Бесстрашие/лихость: mChin Pa Chen Po (большая печень) – беспечный, лихой, удалой, бесшабашный.
В русском или английском мне не приходилось сталкиваться с использованием печени при описании статичных качеств индивида, однако всем известно, что продукт ее железистых клеток (желчь) играет ключевую роль в довольно широком метафорическом ряду семантического поля «раздражение/ язвительность», а также доводилось слышать такие замечания о докучливом человеке: в печенках сидит, за печенку берет – в значении действует на нервы. Стоит отметить и тот факт, что в терминах наивной анатомии древности печень принято было считать вместилищем всех страстей и эмоций. 

Задница
Леность/апатия – гиперактивность: тиб. rKub lJid Po (тяжелая задница) – ленивый, малоподвижный, ср. лишний раз задницу не оторвет, англ. bum, bummer (задница) – лентяй; тиб. rKub Yang Po (легкая задница) – гиперактивный, шустрый, ср. жарг. шило в заднице. Также встречается в некоторых жаргонных идиомах метафорического ряда «трусость».

Ноги
Мобильность, подвижность, расторопность: тиб. rKang Pa Yang Po (легкие ноги) – непоседа, вездесущий, весьма подвижный, шустрый.
В русском языке «ноги» можно встретить в целом ряде метафор симптоматической лексики, описывающих состояние «усталость». Также интересны и англ. hollow legs (полые ноги – ноги как полые резервуары) – обжора, пропойца «куда только столько влезает»; фр. les chevilles qui gonflent (надутые пятки) – гордый, самодовольный.

Ум
Душевные свойства личности, базовые черты характера. «Ум» образует в тибетском языке один из наиболее широких метафорических рядов (наряду с «устами»/ «ртом», «головой», «глазами» и «руками»). Возникает вполне законный вопрос: оправдано ли отнесение метафор, включающих «ум», к топонимии тела и не являются ли они скорее непосредственным описанием качеств сознания/личности, имеющих прямой номинативный смысл (тиб. Sems Gu Yangs Po – открытый ум, Sems Gyong Po – негибкий ум).

Заслуживает в этой связи упоминания тот факт, что в соответствии с положениями высшей философской системы буддизма Махаяны (Прасангика Мадхьямика), чье видение мира принимается всеми школами тибетского буддизма, та «личность», чьи качества описывают данные метафорические идиомы, не тождественна «уму», и modus vivendi ее можно определить как номинальное бытие: обозначение, маркировка на базе психофизических составляющих, тела, ума и пр. Хотя ум и не является частью тела или анатомическим термином в узком смысле этого слова, но, принимая во внимание его ключевую роль как одну из основ обозначения индивидуума, можно условно назвать его «составной частью личности». При таком расширительном толковании в тибетском культурно-языковом контексте вполне разумным представляется включение метафор, содержащих лексему «ум», в категорию идиом, использующих бытовую анатомию как базу метафорического ряда.

Следует в этой связи отметить и такой непривычный для европейца факт, что при упоминании «ума» указывать говорящий будет в область солнечного сплетения – сердечной чакры, – служащей, согласно традиционным буддийским и индуистским представлениям, вместилищем сознания. В то же время условный «европеец», обладающий фоновыми знаниями иудейско-христианской традиции и стандартным западным образованием, скорее укажет на голову (лоб/висок), имея в виду мозг. На сердце мы указываем, лишь сообщая информацию о событиях/состояниях эмоциональной сферы (любовь, обида, тоска, экзальтация). При беглом взгляде на таблицу в Приложении становится понятно, что метафоры с использованием лексемы «ум» (тиб. Sems) в меньшей степени относятся к описанию интеллектуально-рассудочной сферы, нежели метафоры «головы» (тиб. mGo). Семантически ближе всего к ним находятся идиомы метафорического ряда «нутро» (тиб. Khog Pa), описывающие базовые черты характера/душевные качества.

При попытках передачи смысла в русском просторечии «ум», в зависимости от контекста, может в большинстве случаев быть заменен «душой» или «сердцем», а в некоторых случаях «головой», «башкой», «мозгами». Вполне очевидно, что деривация метафорического значения в идиомах ряда «ум» является наиболее прямолинейной.

5. Модификаторы

Зная смысловую взаимосвязь между используемыми в метафоре органами/частями тела и соответствующими им личностными характеристиками, можно обнаружить целый ряд вполне очевидных семантических оппозиций в терминах полярности плохой-хороший (добродетель-порок): слабый-сильный; дурной-славный; неумелый-искусный; грязный-чистый; отвратный-приятный; черный-белый.

Интересно отметить, что при синхронном переводе для западной (особенно американской) аудитории использование столь популярной у многих тибетских лам полярной конструкции черное/белое (см. черный/белый ум, черная/белая карма, черное лицо и т. д.) в привязке к оппозиции дурной/благой может быть чревато если и не коммуникативным фиаско, то, во всяком случае, поднятыми бровями и обиженными вопросами. Руководствуясь соображениями «политкорректности», перевод приходится зачастую адаптировать или же сопровождать комментариями оправдательно-извинительного характера, совершая при этом краткий экскурс в исторические реалии Тибетского Плато раннего Средневековья с целью продемонстрировать отсутствие в идиоме какого бы то ни было расового подтекста.

Встречаются также и такие антонимичные пары, как: горячий-холодный; маленький-большой; длинный-короткий; толстый-тонкий; тяжелый-легкий; тупой-острый; пустой-полный, не являющиеся самоочевидными, требующие контекстной интерпретации и могущие порой играть диаметрально противоположную роль в терминах дуализма «положительный-отрицательный» в зависимости от описываемой ими части тела. Например:

тиб. Grod Khog Cheb Po (большой желудок) – жадный (отрицательное качество), но тиб. sNying Chen Po (большое сердце) – бравый, отважный (положительное качество);
тиб. Sems Chung (маленький ум) – застенчивый, скромный (добродетель), но тиб. rKub Chung (маленькая задница) – трусливый, малодушный человек (недостаток);
тиб. Khog Pa Yang Po (легкое нутро) – терпеливый, с легким характером, добродушный, способен стерпеть унижение, принимающий жизнь такой, как она есть (положительная характеристика), но тиб. Lag Pa Yang Po (легкие руки) – в значении 2, берущий и трогающий чужое не спросясь, вороватый (порок).

Источники идиом

Вошедшие в Приложение идиомы почерпнуты мною из различных современных письменных источников (учебные пособия, Большой тибетско-китайский словарь Bod rGya Tshig mDzod Chen Mo, периодические издания), а также из многолетнего личного опыта общения с живыми носителями языка как в самом Тибете (ныне Тибетский автономный район КНР), так и в местах компактного проживания тибетских беженцев за рубежом – «поселениях», расположенных в Гималайском регионе: Катманду (Непал), Дхарамсала, Манали, Дели, Сикким (Индия).

Идиомы расположены в алфавитном порядке (т. н. Ka-Kha-Ga) их оригинального тибетского написания. Транскрипция дана в соответствии с усредненным произношением провинций У-Цанг Центрального Тибета.

При транслитерации оригинального тибетского письма латиницей мною использовалась наиболее широко распространенная на Западе Система тибетской транслитерации Т. Уайли (Turell Wylie. «A standard system of Tibetan Transliteration», Harvard Journal of Asiatic Studies, Vol. 22, 1959, pp. 261–67). Единственным отступлением от правил (в основном для удобства тех, кто делает первые шаги в изучении тибетского языка) в моей версии явилось обозначение коренной согласной каждого слога прописной, тогда как в оригинальной системе Уайли все буквы строчные.

ПРИЛОЖЕНИЕ
Скачать файл: prilozhenie.pdf [248,06 Kb] (cкачиваний: 4)
Посмотреть онлайн файл: prilozhenie.pdf



ВИДЕО ПО ТЕМЕ

Доклад Александра Александровича Нариньяни «Топонимия тела в метафорической идиоме разговорного тибетского языка», сделанный на Первой всероссийской научно-практической конференции переводчиков буддийских текстов «К русскоязычному буддийскому канону», состоявшейся в Институте востоковедения РАН с 6 по 9 ноября 2018 года.


Видео: Роман Сухоставский
savetibet.ru





Все материалы автора: Александр Нариньяни


0 0
Просмотров: 92 Размещено: